«Мої дитячі спогади просякнуті кров’ю, грабунками і зрадою…»

В час, коли ми згадуємо жертв політичних репресій, вшановуємо їхню пам’ять, як правило. публікують спогади про ті страшні часи. Тих, хто вижив. Але ніколи – спогадів тих, чиїми руками вони творились. Це й не дивно – їх уже немає в живих, а ті, хто залишилися, не хочуть про таке говорити. Але ось – унікальне визнання одного з нащадків сталінського сокола. Мовою оригіналу.

Владімір Яковлєв, син Єгора Яковлєва, в роки перебудови редактора «Московских новостей» (зараз живе в Ізраїлі):

«Меня назвали в честь деда. Мой дед, Владимир Яковлев, был убийца, кровавый палач, чекист. Среди многих его жертв были и его собственные родители. Своего отца дед расстрелял за спекуляцию. Его мать, моя прабабушка, узнав об этом, повесилась.

Мои самые счастливые детские воспоминания связаны со старой, просторной квартирой на Новокузнецкой, которой в нашей семье очень гордились. Эта квартира, как я узнал позже, была не куплена и не построена, а реквизирована – то есть силой отобрана у богатой замоскворецкой купеческой семьи.

Я помню старый резной буфет, в который я лазал за вареньем. И большой уютный диван, на котором мы с бабушкой по вечерам, укутавшись пледом, читали сказки. И два огромных кожаных кресла, которыми, по семейной традиции, пользовались только для самых важных разговоров.

Как я узнал позже, моя бабушка, которую я очень любил, большую часть жизни успешно проработала профессиональным агентом-провокатором. Урожденная дворянка, она пользовалась своим происхождением, чтобы налаживать связи и провоцировать знакомых на откровенность. По результатам бесед писала служебные донесения.

Диван, на котором я слушал сказки, и кресла, и буфет, и всю остальную мебель в квартире дед с бабушкой не покупали. Они просто выбрали их для себя на специальном складе, куда доставлялось имущество из квартир растрелянных москвичей. С этого склада чекисты бесплатно обставляли свои квартиры.

Под тонкой пленкой неведения, мои счастливые детские воспоминания пропитаны духом грабежей, убийств, насилия и предательства. Пропитаны кровью.

Да что я один такой? Мы все, выросшие в России – внуки жертв и палачей. Все абсолютно, все, без исключения. В вашей семье не было жертв? Значит были палачи. Не было палачей? Значит были жертвы. Не было ни жертв, ни палачей? Значит есть тайны.

Даже не сомневайтесь!..»


Надрукувати   E-mail